Майя Плисецкая всю жизнь говорила на языке танца, понятном в любом уголке планеты. А вот рассказ о ее судьбе переведен в более предметный, но не менее прекрасный язык. На выставке «Майя Плисецкая. Арена жизни», которую Бахрушинский театральный музей 10 июня привезет в Люксембург, об известной на весь мир балерине будут говорить фотографии — со сцены и с репетиций, с работы в кино и из личной жизни, афиши и эскизы костюмов звезды русского балета.
Артистка балета Майя Плисецкая в жизни
Удивительно, как неделимы жизнь и работа Плисецкой – всю себя прима Большого оставляла на сцене. Балерина жила выступлениями перед зрительным залом, репетициями в хореографических классах – пространствах, которые становились «ареной» борьбы с собой и обстоятельствами, стремлением выйти из кордебалета в примы, чтобы исполнить гениальное «Болеро», культового «умирающего лебедя». Даже покинув Большой, Майя Плисецкая не ушла со сцены. Она продолжала танцевать, расширяя пространства «арены», возможности творческого пути – «Аве Майю» она впервые исполнила за границей в 70 лет.
Плисецкая М.М. в роли Заремы. Бахчисарайский фонта
Плисецкая говорила: «Целью моей жизни всегда был танец. И эта цель достигнута – я танцевала». Выставка рассказывает о достижении цели, о нежелании останавливаться на полпути, о жизни в пространстве искусства не только на сцене, но и за кулисами. С супругом Родионом Щедриным, друзьями и коллегами.
Выставка стала частью празднования 250-летия Московской академии хореографии, выпускницей которой была Майя Михайловна. Праздник выходит за пределы России, как и всемирная слава выпускников академии и русского балета. Чтобы смотреть русский балет, необязательно знать язык – так же, как что-то узнать об артистах.
«Непостижимый талант Майи Плисецкой поражает – она далеко опередила свое время. Восторженные зрители и критики по всему миру называли ее лучшей Одеттой, Раймондой, Китри, Авророй… Для истинно большого, значимого нет географических границ – гений всегда свободен в своем творчестве. Как и многое в искусстве, язык балета не требует перевода, а энергия и смысл танца понятны каждому без слов», – комментирует гендиректор Бахрушинского музея Кристина Трубинова.
Майя Плисецкая и Родион Щедрин, портрет. 1950-1960
Всемирная слава тех, кто говорит на языке искусства, давно разрушила барьеры: так, ранее организованную выставку о Галине Улановой смогли посмотреть в Париже, Болгарии и Софии, о хореографе Юрии Григоровиче – в Париже, а о Константине Станиславском – в Сербии. Рассказ о судьбе Майи Плисецкой теперь подробно представлен в Российский центр науки и культуры в Люксембурге. Прима Большого вновь собрала целый зал – пусть не зрительный, но выставочный – ценителей русского балета.