17 января в «Зеленом фойе» МХТ им. Чехова открыли экспозицию «Станиславский. Начало». Именно в этот день 160 лет назад великий реформатор театра появился на свет, но говорить о нем мы будем, конечно, в течение всего 2023 года. На выставке, ставшей прологом к этому разговору, побывал корреспондент «МК».
Таблички «Руками не трогать» стали привычным атрибутом любого музея, а между тем каждый раз посетителей приглашают к чему-то «прикоснуться»: к прошлому музыке, искусству. Метафорическое мышление позволяет нам это сделать, минуя бронированные стеклянные заслонки, рамки и решетки.
В историческом здании в Камергерском переулке под экспозицию отвели целое фойе. Предполагается, что зрители с ней ознакомятся в антракте либо придут в дни работы музея МХАТа. Поскольку я приехал в день, когда спектакли не шли, на то, чтобы попасть в зал, ушло минут пятнадцать, и он, естественно, пустовал – массивные металлические двери распахнули персонально передо мной. И когда я оказался в помещении, заполненном театральными артефактами, ощущалась тоска и одиночество. А в стеклянной витрине был фрак юбиляра, надетый на манекен. Как будто, перефразируя Маяковского, в комнате было двое: я и Станиславский. Это создавало некий «эффект присутствия».
А какие еще предметы именно «зацепили», подвели к мысли, что величие истории русского театрального искусства – не где-то в кладовке столетий, а здесь? Например, фрагмент занавеса 1902 года с фирменным логотипом МХАТ, подлинники афиш и программок бессмертных постановок, в том числе чеховской «Чайки»», а также «Отелло» и «Микадо». А еще — созданные в конце XIX века макеты декораций к спектаклям, элементы оформления сцены, старинные предметы, сделанные рукой Станиславского заметки, рисунки, эскизы костюмов и бутафории. Причем в хронологическом плане повествование начинается действительно с истоков, отражая деятельность «Алексеевского кружка» (домашнего театра Алексеевых), затем созданного Станиславским вместе с единомышленниками Московского общества искусства и литературы и, наконец, ранние годы существования Московского Художественного театра, первого общедоступного театра в России. Спустя несколько десятилетий в раннем СССР объявят, что несут «Искусство в массы», называя это невиданной милостью к освобожденному трудовому народу. А между тем на спектакли в МХАТ могли приходить крестьяне и заводские рабочие. Но я уклонился от темы.
Перечислять все предметы здесь не имеет смысла – все же это написанный на бегу отклик, а не выставочный каталог. Но стоит упомянуть, что многие экспонаты показали впервые. И сохранились они, кстати, благодаря самому Константину Сергеевичу, который в юности, вопреки завету Бориса Пастернака, завел себе архив.